Логойский «Бабий Яр»

В многовековой истории Логойска немало драматичных страниц. Последние из их относятся к годам Великой Отечественной войны. Страшную акцию учинили фашистские захватчики на втором месяце оккупации. 30 августа 1941 года было расстреляно около 1400 евреев — третья часть довоенного населения Логойска.

С приходом оккупантов евреи стали, по сути дела, узниками гетто, хотя и жили не за колючей проволокой, а в своих домах. Им запрещалась выходить за границы Логойска, каждое утро они отправлялись на тяжелую принудительную работу. 28 августа евреям старшего возраста было приказано явиться на центральную площадь поселка. Затем их погнали колонной за околицу, на логозинскую дорогу, где на склоне холма заставили копать ров. Люди посчитали, что они роют окопы.

Наступило 30 августа. Фашисты собрали всех логойчан еврейской национальности в парке и объявили, что поведут их на переселение в деревню Гайна. За километр от Логойска людей повернули к холму, приказали сесть и раздеться. Конвоиры окружили людей кольцом, а в это время подошла колонна евреев из Гайны, которых также «переселяли». Несчастных заводили к рву и два фашиста методично начали расстреливать осужденных на смерть из пулемета.

Случилось так, что одиннадцатилетнюю еврейскую девчонку Тамару на свой страх и риск не отпустили вместе со своей матерью из дома, где жили минские дачники, хозяева Петр и Янина Ходасевичи. Осиротевшую, ее прятали у бабушки Антонины, которая жила через улицу. Можно только вообразить душевное состояние ребенка, который три длинных года не видел белого света. Ее опекали, всячески поддерживали старшие Ходасевичи и их дети, почти ровесницы Тамары, Мая и Таня.

Но на эту дружную, отзывчивую семью обрушилось ужасное несчастье: в конце зимы 1943 года Петра и Янину Ходасевичей арестовали за связь с партизанами и вместе с маленькой дочкой Валей расстреляли на места массовой гибели евреев. Их старшие дети спаслись случайно: за ними пришли полицаи, но девчонки были у бабушки, а соседи их не выдали.

После освобождения Логойска Тамару, которую больше года берегла от чужих глаз бабушка Антонина, нашел и забрал отец. Он в начале войны по служебным делам попал в Душанбе, потому и не разделил горькой судьбы своей семьи.

В тот предпоследний день августа 1941 года удалось избежать смерти не только Тамаре. В самый разгар кровавой акции нашлись смельчаки, которые вырвались на свободу. Вот что вспоминает один из их, на то время 17-летний Яков Косовский. Цитата из еврейской газеты «Форум», выходящей в американском Бруклине:

Оружия у нас не было никакого, но рядом с нами сидел парикмахер. Он взял с собой бритву и резанул ей по шее стоящего рядом немца. Мы побежали, увлекая за собой других. Фашисты стреляли нам вслед, рядом падали раненые и убитые наши соседи: старики, женщины, дети. До ближайшего леса добежало всего 12 человек. Потом мы дошли до Борисова, нам помогли достать одежду, еду. В конце своих мытарств я попал в партизанский отряд. Мы с братом вернулись с войны, собрали деньги и поставили памятник на месте расстрела и памятную плиту.

Теперь о том, как попала в логойский музей эта газета. Ксерокопию страницы из «Форума» вместе с другими материалами сотрудники музея получили от Тамары Зисерман, живущей со своей семьей в Риге. Ксерокопию «Форума» она передала через старшую дочку Ходасевичей — Татьяну, с которой поддерживает связь. Музейными экспонатами стали и страницы из газет «Вечерний Нью-Йорк», «Еврейский мир», где размещенный публикации про митинг, посвященный открытию в бруклинском Парке Холокоста Камня памяти сотен невинных жертв, наших земляков.

Инициатором же этого благородного дела стал сын Якова Косовского Михаил. Среди участников митинга были и бывшие логойчанки Роза и Мария (Муся) Косовские.

Виктор Нестерович

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить

Главная страница - История города - Войны - Логойский «Бабий Яр»